Жили-были добрые люди, и была у них ласковая доченька по имени Золушка. Жили они дружно, матушка с батюшкой любили девочку, и горя она не знала.
Но когда Золушке девятый год пошёл, матушка её очень устала и должна была отдохнуть надолго-надолго. Перед тем как уснуть, сказала она дочке: «Дитя моё, будь добра и терпелива — и добро вернётся к тебе». Вскоре батюшка женился второй раз. Новая его жена привела с собой двух дочерей. Да только сестрицы оказались неласковые.
Весь домашний труд взвалили они на Золушку: и полы мела, и посуду мыла, и всё в доме ладила, пока они отдыхали да забавлялись.
А Золушка всё равно оставалась мягкой да кроткой. По вечерам сидела у печи, грела руки у тёплых угольков; искорки так и мерцали на её платьице, словно звёздочки с неба посыпались. От золы да печной золи люди и прозвали её Золушкой.
Однажды королевский гонец привёз радостную весть: у принца во дворце будет большой бал, и всем в королевстве велено явиться. Сводные сестрицы с утра до вечера только и судачили о платьях да ленточках. Золушка помогала им выбрать наряды и укладывала волосы. «А ты поедешь?» — спросили они насмешливо. Золушка тихонько улыбнулась: «Где уж мне». Сестрицы захихикали: мол, не к лицу ей такой бал.
В назначенный вечер Золушка помахала им вслед — уехали они в карете, а у самой на сердце тяжело, села одна у огонька.
Вдруг — тихий стук в дверь. На пороге стоит старушка с доброй улыбкой. «Пустишь ли отдохнуть?» — спрашивает. «Заходите, бабушка», — отвечает Золушка.
Старушка видит: девочка грустна. Спросила — и Золушка рассказала про бал, и как бы ей хотелось поехать, да ни платья у неё нет праздничного, ни кареты.
Заблестели у старушки глаза. «Не печалься, дитя. Я — твоя крестная фея. Поедешь на бал!» Сначала велела она принести из огорода большую тыкву. Золушка принесла — фея взмахнула палочкой, и стала тыква золотой каретой, блестящей, как солнце. Потом велела принести шесть мышек из кладовой. Коснётся палочка — и уж шесть серых лошадок стоят, гривы расчёсаны, в них голубые ленточки вплетены. Двух крыс из конюшни взяла — одну в ловкого форейтора обернула, другую — в весёлого кучера. Шесть ящерок со стены садовой поймала — взмахнёт палочкой, и вот уже шестеро лакеев в ярких ливреях да в шляпах с позолотой выстроились у кареты.
Всё готово, да Золушка по-прежнему в простом платьице. Улыбнулась фея-крестная, коснулась палочкой — и стало платье серебром да золотом переливаться, словно лунный свет по воде играет. А на ножках — пара тонких хрустальных туфелек.
«Запомни, — сказала фея-крестная, — как только часы ударят двенадцать, чары рассеются. Уезжай до полуночи». Золушка пообещала, села в карету — и понеслась к дворцу.
Только подъехала — сам принц навстречу вышел, за руку взял, в зал ввёл. Все обернулись, зал притих, шёпот удивления прокатился: такая она была хороша.
Принц танцевал с ней весь вечер, а Золушка всё думала: не сон ли это дивный?
Она и со сводными сестрицами говорила ласково — те её и не признали, а Золушка ещё и угощала их сладкими фруктами с королевского стола. Когда часы начали бить двенадцать, она вспомнила наказ крестной. Тихонько выскользнула из зала и растаяла в ночи ещё до последнего удара.
Дома поблагодарила фею-крестную, рассказала, каким счастливым был вечер. На другой день принц объявил, что будет ещё один бал и что он надеется вновь увидеть загадочную незнакомку. Сводные сестрицы снова отправились во дворец. А фея-крестная опять нарядила Золушку — платье на этот раз было ещё краше прежнего.
В тот вечер принц не отходил от неё, говорил с теплом и радостью. Но Золушка потеряла счёт времени. Как только часы ударили двенадцать, она кинулась бежать. Спускаясь по дворцовой лестнице, обронила одну хрустальную туфельку. Принц бережно поднял её и решил во что бы то ни стало отыскать красавицу.
На другой день объявил принц: «Женюсь на той, чья ножка придётся впору этой хрустальной туфельке». И пошёл он из дома в дом. Многие примеряли туфельку, да никому она не пришлась. Наконец добрался и до дома Золушки. Сводные сестрицы по очереди пытались втиснуть ноги, да туфелька была им куда мала. Тогда Золушка тихо спросила: «А можно и мне примерить?»
Сестрицы расхохотались, но королевский слуга сказал: «Каждой барышне надлежит попытаться». Золушка надела туфельку — пришлась как раз. Тут же вынула из кармана вторую и обула её. В тот миг явилась фея-крестная, коснулась палочкой Золушкиного платьица — и снова оно засияло, переливаясь, словно утренняя роса.
Сводные сестрицы ахнули: поняли, что перед ними — прелестная незнакомка с бала. Пали на колени, стали просить прощения. Золушка бережно подняла их и улыбнулась: «Я прощаю вас. Давайте жить дружно». Обрадованный принц отвёз Золушку во дворец, и вскоре сыграли свадьбу. И всю жизнь оставалась она доброй и кроткой, и от её тёплого сердца светло стало и в семье, и во всём королевстве. С тех пор и рассказывают людям сказку о том, как доброта да терпение чудеса творят, а мечты сбываются.
Вот и сказке конец.